Предыдущая глава:

Предыдущая глава:

Be together

Глава 8.
Запах чая с мятой пряностью забивает лёгкие.
Малия пытается увернуться от бронзовых солнечных лучей и натыкается на тёплые и ласкающие губы парня, прижимающиеся к её лбу.

Я думал, ты уже встала и готовишь своему будущему мужу завтрак, хрипло шепчет на ухо парень, зарываясь носом в тёмные волосы девушки, пахнующие цитрусами и апрельской свежестью.

Стайлз сонно приоткрывает глаза и натыкается на удивленно распахнутые карие омуты напротив.
Малия приподнимается на локтях и зарывается пальцами в его волосы, притягивает ближе и нежно целует: невесомо, аккуратно, чувственно.

Стилински рассыпается на мелкие кусочки, когда она пальцами вычерчивает узоры на его груди и просит повторить всё сказанное.

А ты имеешь что-то против? выдавливает из себя самую сексуальную улыбку, а девушка тихо хихикает, стягивает с парня одеяло, пожирая взглядом его торс, закутывается в одеяло с носом и замирает в дверном проёме, смотря на парня.

Поговорим об этом года через четыре, а сердце внутри брюнетки с бешенной скоростью бьётся, она получает лёгкий удар подушкой по позвоночнику и заливисто смеется, возвращается в комнату и запрыгивает на парня, шоколадными волосами щекоча его лицо.

После таких выходок, можешь забыть обо мне, наигранно дует пухлые губы, не переставая смеяться; Стайлз нависает сверху и влажно целует: именно так, что у Малии, кажется, дергаются пальцы на ногах, губы мелко дрожат, пока звездопады мурашек покрывают молочную, почти прозрачную кожу.

Тейт пытается произнести его имя, но его губы властно затыкают её уже на первом слоге.

Стайлз, вытягивает руки перед собой, тщетно пытаясь восстановить дыхание.
Парень искусно ухмыляется и вопросительно выгибает бровь, словно не понимает, почему она его остановила.

Нам нужно в университет, Стилински падает на кровать, утягивая девушку за собой.

Это может подождать, бормочет Стайлз, мелкими поцелуями покрывая её шею.
Малия довольно мурчит и жмётся ближе, переворачивается к нему лицом и заключает его лицо в свои ладони, долго целуя.
У нас пара по истории английской литературе, выжидающе смотрит на брюнета, но тот лишь неопределнно хмурит брови и застывает с выражением лица, а-ля и что?.

Мистер Фитц нам головы оторвёт, если мы опоздаем, Стайлз громко цокает и еле слышно смеётся, целуя девушку в висок.

А я и не думал, что ты такая зануда, Тейт, называть её по фамилии уже входит в привычку, и плевать, что в списке дел на ближайшее будущее на первом месте стоит смена Тейт на Стилински.
Парень расцепляет пальцы на её талии и выпускает девушку из пледа своих рук, издавая протяжный стон разочарования.

Я приготовлю чтонибудь вкусненькое, спускайся, кидает Малия, пока сбегает по лестнице, целует отца куда-то в щетинистую скулу и открывает серый глянцевый холодильник.

Доброе утро, Тейт смотрит на отца, который вполне жизнерадостно уплетает тосты с клубничным джемом, и думает, что в её жизни начинает всё налаживаться.

Отец всегда в хорошем настроении, ей больше не приходится два раза в месяц напоминать ему оплатить коекакие счета, ей больше не приходиться бегать по налоговым и звонить ему боссу, сообщая сладким голосом о том, что папочка простудился, пока на самом деле она собирает бутылки из под виски по всему дому и растворяет таблетку аспирина в стакане с водой.

Малия думает, что её жизнь, опредленно, начинает налаживаться.
Стайлз обнимает со спины, целует в изгиб плеча и ещё долго о чём-то беседует с отцом, с которым они успели сдружиться и уже даже договорились сходить на матч по регби.

Счастье ползёт по позвоночнику, затапливая внутренности теплом, и Тейт лишь думает, как бы не захлебнуться.

Малия переплетает их пальцы в замок и сгорает от его огненных прикосновений.
Стайлз устало утыкается взглядом в книжку и еле слышно рычит, когда за их спиной начинаются перешептывания.

Эй, Паркер, следи за языком своей девушки, если хочешь, чтобы она и дальше старательно вылизывала им тебе яйца, ладони сжимаются в кулаки, а костяшки блестят ядовитым белым, он выплевывает эти слова прямо парочке, сидящей сзади.
Знает, что Аддерли не посмеет даже пикнуть в его адрес, так как многим обязан парню, а вот его любимая подружка Моника, может позволить себе всё и даже больше.

Всё в порядке, уверенно кивает Лия, хотя на душе у самой кошки скребутся и хочется вырвать хребет паре девчонок с соседней парты, которые вспоминают горячие ночи, проведенные со Стайлзом, ревность кроет с головой, и Тейт не понимает, почему вдруг чувства к этому темноглазому парню рядом стали наполнять ее целиком и выливаться за края.

Слишком много, слишком сильно, просто слишком Малия тонет.

Стилински то и дело кидает обеспокоенные взгляды на девушку, ровно до той самой секундой, пока Фитц не захлопывает свой учебник и благодарит всех за пару или, как он сам любит называть, полутора часовую лекцию.

Может, устроим сегодня семейный ужин? расположившись на скамейке во внутреннем дворе университета, спрашивает Малия, кормя Стайлза мармеладовыми червячками.
Стилински слишком неприлично облизывает её пальчик, заставляя белоснежную кожу девушки покрываться пунцовыми пятнами.

Тогда я закажу роллы, кивает парень, подтягивая девушку за колени ближе к себе.
Её колени лежат у него на ногах и он ненавязчиво поглаживает её ножки чуть выше колен.

Малия, это ужас, брюнетка хмурится и скрещивает руки на груди, уже заранее зная, о чём пойдёт речь.

Ты слишком худая, похожа на скелет, и всё в этом духе, закатывает глаза девушка, получая смешок и поцелуй в уголок губ.

Но я люблю тебя даже такой хочет сказать, но не решается, боится отпугнуть её стремительностью, хотя после секса на кухонном столе границы стремительности стираются в порошок.
Ему всё еще больно смотреть на лиловые следы на шее, ключицах, животе, груди и бедрах, оставленные его губами и руками.
Он выцеловывает каждый миллиметр и шепчёт извинения прямо в губы.
Малия отрицательно качает головой и уверяет, что всё в порядке.

Папа будет рад, ты ему очень нравишься, знаешь?
Стилински всё это, откровенно говоря, льстит.
Её отец принял его, как родного, хотя они с Малией не то, что встречаются долго, они даже знакомы относительно недавно немного нездоровая реакция для такого, с виду, сурового мужчины, как Том Тейь.
Но Стайлз рад, им всегда есть о чём поговорить, и её отец до удивления улыбчивый, забавный и жизнерадостный.

Да, осталось только мне познакомить тебя с самым главным критиком в нашей семье, он пожимает плечами, а Малия опрокидывает голову от смеха, пока находится в объятиях парня.

Пейдж… я искренне надеюсь, что понравлюсь ей, Малия скрещивает ровные пальцы и улыбается до ямочек на щеках.
Блики золотого солнца радугой раскидываются по её волосам и прячутся в шоколадных прядях.

Встретимся у меня около семи, я тебе наберу, Малии с ним так просто и тепло, понастоящему уютно, словно, наконец-то, она нашла то самое родное, чего так желала душа.
Стайлз оставляет короткий поцелуй на её искусанных губах и растворяется в толпе студентов.

Тейт плетется по коридору, медленно считая избитые ступеньки на третий этаж двадцать восемь, она уже выучила наизусть, но это что-то вроде ритуала перед профильной математикой, на которую её записала ещё мама в прошлом году.
Малии эта математика поперёк горла, собственно как и мама.
Малии эта математика не нужна; с мамой всё иначе.
Малии просто не хватает духу вычеркнуть этот чёртов предмет из своей жизни.

Малия падает на стул и чувствует до одури, до головокружения знакомый запах одеколона, позвонки загибаются в спираль, а вся она превращается в один комок нервов, напряжение в воздухе в одну секунду накаляется до предела и электрически бьётся при каждой попытке втянуть в лёгкие побольше воздуха.

МакКол приземляется рядом почти бесшумно, пальцами проводит по волосам, сдувая пару тёмных непослушных прядей со лба, достаёт все необходимое и стойко держится ни один мускул ни дрогнул рядом с ней, в то время, как Малия нервно ерзает по стулу, сгрызает ручку до основания и хруста пластика, то и дело заправляет непослушные пряди за уши и чувствует себя просто хуево.

Настолько хуево, что хочется головой об парту биться, пока алая тёплая жидкость не зальет новые белоснежные столы в кабинете, не начнет стекать по металлической ножке на новой паркетное покрытие пола.

Тейт винит себя во всём, даже в том, в чём нет её вины.
Съезжает по пластиковому голубому стулу, зарываясь с носом в учебник, пока Скотт пытается дышать ровно, выглядеть адекватно, а не так зависимо от неё.

Скотту тоже хуево, хуево без неё.
Хуево видеть её с другим, с тем, кому доверял больше всего на свете.
МакКол забыть не может и от этого хуевее всего.
Она снится ему уже третью ночь подряд, и он ебал в рот такие сны [она рядом, голая, улыбается, целует приторнонежносладко].
Скотт не верит, что они теперь почти чужие друг другу.

Скотт не верит в Бога, но верит в спасительные поцелуи Малии.

Как жизнь? бросает он мимолётом, решая пару уравнений.
Не смотрит на неё, потому что знает, что этот шоколадный взгляд свинцом по сердцу гарантированная смерть.

В порядке, а ты как? на автомате отвечает, пытается совладать с эмоциями: её передергивает от его голоса.
Кажется, словно она не слышала его вечность или даже больше.

Мне нужно поговорить с тобой, Лия, всё ещё Лия никак иначе.
Только не здесь и не сейчас, давай вечером, в нашем месте, почти уверен, что она не забыла, кидает прощальный взгляд и быстро покидает аудиторию, пытаясь просто дышать и не свихнуться.
Дыши, Скотт, дыши.

Малия всё ещё находится в трансе, а его слова заполняют её от и до, оставаясь гулом в голове и дрожью в коленках.

Девушка сидит на кровати, зарывшись руками в волосы и впервые курит дома: выпускает сизым дым, которым спиралью обвивает шею и душит, заставляя неровный кашель вырываться из лёгких.

Малия не понимает, что чувствует; мысли разбегаются в разные стороны, и она не может ухватиться ни за одну адекватную, да хоть бы за какую нибудь.
Она лихорадочно дрожит и хочет позвонить Стайлзу обнять, зарыться ледяными пальцами в шоколадные волосы и не отпускать, просто быть рядом.

У Малии на заставке телефона всё ещё стоит солнечная фотография со Скоттом, которая отравляюще сжимает лёгкие.
Тейт уже тошнит от скользкого выбор по лопаткам.

Ей всю жизнь приходилось выбирать: клубничное или фисташковое мороженое; барби с голубыми или зелёными глазами; мальчикмечта или мальчик биологическое оружие.

Малия всегда делала выбор не в лучшую пользу.
Сейчас выбирать куда сложнее [в разы].

Девушка кидает взгляд на дисплей: 16:34; практически в ту же секунду приходит сообщения с номера Скотта, она так и не стерла сердечки рядом с его именем.

Буду ждать тебя в пять, я пойму, если ты не придёшь.

Малия хотела бы соврать, что натягивает серое пальто и шарф, который всё ещё отдаёт клубничной тянучкой, лишь потому, что ей интересно, о чём же хотел поговорить МакКол.

Она по-сильнее кутается, засовывает ледяные ладошки в карманы джинсов и идёт в место, подарившее ей самую счастливую зиму в её жизни.

В кафе тепло, уютно, пахнет двойный капучино и её простым счастьем.
Малии страшно до подкашивающихся коленок и дрожи по позвоночнику.

Тейт заказывает обжигающий кончик языка ореховый латте.
Официантка улыбается так ярко, что у девушки скулы сводит зудящая судорога.
Она нервно мнёт в ладошках край пудровой блузки, кусает губы, пока на телефон приходят всё новыеновыеновые сообщения от Стайлза.
Малтя даже не читает их, лишь пишет в ответ, что задержится в универе и, может быть, опоздает.
Скотт всегда приходит во время, но сейчас опаздывает, а у Малии волнение пляшет внутри грудной клетки, вырываясь судорожными попытками втянуть в лёгкие побольше воздуха.
Какоето ядовитое разочарование застывает на самом кончике языка и неприятно горчит.

Девушка уже хватает сумку, отрывает ноги от стула, когда тёплые ладони ложатся на её плечи, чуть надавливая, чтобы она села.
МакКол приземляется на стул напротив и жестом подзывает официантку.
Малия приходит в себя в тот самый момент, когда пальцы немеют и обжигаются ядовито больно отрывает ладони от чашки с обжигающим напитком и перемещает на колени.
Ёрзает на стуле в предвкушении и пытается смотреть куда угодно, только не на него всё еще стыдно и больно в левой части грудной клетки.

Привет, Малии не хватает смелости даже ответить, она лишь утвердительно кивает и делает глоток кофе, обжигает кончик языка и еле слышно стонет, с грохотом ставя чашку на идеально ровную стеклянную поверхность стола.

Лия, слишком сладко и до неприличия правильно её имя срывается с его губ.
Он нервничает и пытается скрыть это за теплой улыбкой на подрагивающих уголках губ.
Малия слишком хорошо знает его, кажется, лучше, чем саму себя.

Ладно, чего тянуть. Я люблю тебя, малышка, и я безумно скучаю, с ума схожу без тебя, думаю о тебе каждую гребанную секунду. Ты там внутри очень глубоко, и меня это, блять, убивает, выпаливает на одном дыхание, смотря на её опущенную тёмную макушку, в которую хочется зарыться с носом и вдыхать до потери сознания.

Тейт замирает, а его слова везде: в висках, в пульсирующей паутине вен на запястье, в сворачивающихся в спираль позвонках.
Поднимает взгляд кофейных глаз и сгорает в ту жу секунду.
Черта с два, Скотт, не чувствует даже вины сейчас, только гипнотизирующую привязанность к ореховым глазам напротив.
Едкий запах прошлого забивает девушку от и до, и она не думает о вибрации в левом кармане растянувшихся джинсов, не думает о Стайлзе и об уже остывших роллах.

Мы ведь ещё можем всё исправить, Лия, давит на самое больное, раздавливает в порошок, заставляя подавлять жалкие всхлипы.
Малия разорвана на мелкие кусочки и не знает уже, когда её отпустит.

Тейт не понимает, как оказывается на улице, бережно закутанная в его пальто и прижатая к крепкой груди парня. Он выпускает дым шоколадных Richmond в её волосы, и она отмечает, что МакКол, вообще-то, не курит.
А она, вообще-то, принадлежит другому.

Скотт, поздно уже пытаться, шепчет так тихо, что он переспрашивает, сказала ли она что-то вообще.
Её переклинивает, она отодвигается от парня, ладошкой трёт покрасневший нос и наполняет лёгкие морозным воздухом.
На улице температура плюсовая, а внутри почему-то минус сорок.

Ничего у нас не выйдет, Скотт вышептывает протяжное блять и прожигает в ней дыры взглядом янтарных глаз, пеплом оседает на дрожащих лопатках.

Ты его любишь что ли, или в чем, блять, причина? заметно психует, сжимает кулаки до белых костяшек и сдавленно рычит.

Это неважно, Скотти, я просто не хочу быть с тобой, знает, что больно, знает, что жестоко, знает, что до пульсирующей боли в четырехкамерном.
Но Малия Тейт делает выбор, и ей до пизды правильный или нет.

Какой же я олень, у вас же это давно, а я просто не замечал.
Сука, Тейт, как будто бы в грязь втоптала сейчас.
Счастья, удачи, любви, Малия не понимает, что происхожит ни одной клеточкой, но Скотт целует долго, влажно, без разрешения и предупреждения, а потом исчезает, и Тейт смеяться [рыдать] готова до срыва голоса от приторного чувства дежавю на кончике языка.

Малии всё ещё больно сильнее, чем она бы того хотела.
У Малии к Скотту всё ещё цветные пятна чувств на шее и ошмётки от их любви.
Для Малии Скотт всё ещё больше, чем просто бывший парень, но Тейт глотает поступающие к горлу слезы и идёт в противоложную сторону от дома пристального взгляда Стайлза она точно не выдержит сломается и повесится на собственных волосах от чувства вины, алыми ленточками сползающего по позвоночнику

4 thoughts on “Предыдущая глава:

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *